Досадно, однако чем больше лет украинской независимости, тем залежнишим становится село от «специфической» политики государства. Все без исключения Кабмины, придя к власти, обещали с толком «хлопать скалу» агропромышленного комплекса, однако на этапе деклараций госмужи «исчерпывались». Будто наследуя пример богини Фетиди, которая окунала своего сына Ахиллеса у воды Священной реки Стикс, чтобы сделать его неуязвимым, наши правительственные чиновники непрофессионально хватали экс-колхозное «тело» со всех сторон, тем самым «наградив» крестьянина не одной «ахиллесовой пятой». Неподготовленным, если не убийственным, крестьяне называют, между других, приказ 342 Минагрополитики, согласно с которым каждая скотина должна иметь не только ветеринарную карточку, но и паспорт и бирки на ушах. Специалисты говорят: равняемся на Европу, уже и Россия взялась за эту проблему. И мы должны контролировать санитарное состояние, эпизоотическую ситуацию и качество продукции животноводства, перемещения скота в Украине, ее экспорт и импорт, комментирует ситуацию начальник Запорожского облуправления агропромрозвитку Владимир Журавлев.
Сельские жители понимают: строй нужен. Но почему в нашем государстве его наводят обычно в пожарном порядке? Почему их не поинформировали своевременно? Из многих районов поступают сигналы о сбоях в идентификации животных, которую начали летом. Откормленную лето скот под осень люди хотят сдать на мясо, а им отказывают. Такой сигнал к корпункту «УМ» поступил, в частности, из Василивского района.Почему владельцы скота в селе Камъянске должны страдать от того, что ветслужби не хватило каких-то бирок? Задержка с реализацией откормленного скота происходит по меньшей мере в трети районов региона.
Со временем «паспортизация» животных, вне сомнений, будет в конечном итоге способствовать повышению качества того, которое попадает на прилавки продмагов. Сегодня же мясные рынки становятся, пусть и временно, еще более неконтролированными. В настоящее время селами Запорожья шныряет почти двести агентив-клеймачив. Проблема не столько в потому, что официальная такса услуги — 13 гривен 50 копеек, однако люди доплачивают ловкачам излишне — добровольно, чтобы откормленный бычок не потерял вес к сдаче его посредникам. Те же, скупая по селам скот, пользуются ситуацией и все скупее оплачивают труд сельских жителей. За бесценок берут и неидентифицированные головы ВРХ, чтобы сбыть их нелегитимными каналами. Такой беспорядок выгоден всем — кроме производителя и потребителя.
С 1 октября, напоминает начальник облуправления ветеринарной медицины Валентина Стулова, сельхозпроизводитель не сможет сдать и молоко от «непроштампованной» коровы. Все же в частном секторе региона идентифицировано до тридцати тысяч председателей крупного рогатого скота (около половины), в хозяйствах с юридическим статусом — на 10 тысяч больше. Между тем октябрь уже постучал в двери всех ферм и хлевов. Не уточняя их формы собственности.
Невзирая ни на что, на Запорожье еще сохранились коллективные животноводческие «оазисы». Не завис чем над поголовьем, в частности, в агрофирмах «Нива» и «Россия» Бердянского района, «Приморский» (этот племрепродуктор получает до миллиона чистоприбуткових гривен ежегодно), ООО «8 Марта» Новомиколаивского района, в нескольких десятках других.
«Паспортизация» скота пополнила «букет» причин резкого удешевления, от восьми до четырех гривен за «живой» килограмм ВРХ, однако эта проблема в настоящее время отошла на второй план. Теперь все большее раздражение у сельхозпроизводителей вызывает декларация Кабмином дежурного «доброго намерения» — установление минимальной закупочной цены на молоко. А ими, теми «благими намерениями», куда путь вымощен? Именно тот случай, когда целесообразно вспомнить библейское: к аду!
«К аду беспомощности», — горько-остроумное уточнение можно было услышать в селе Риздвянка, дорогой к админбудинку упомянутого выше ООО «8 Марта». Это хозяйство вынужденное было сократить табун ВРХ до 780 председателей, однако молочное скотоводство здесь не торопятся пускать под чем, тогда как частные предприятия уже это делают.
Сельский председатель Григорий Билик навел мне неутешительную статистику. В Риздвянци живет около 660 сельских жителей, и если когда-то в каждом дворе была корова, то теперь их осталось лишь 128. В селе мне сказали, что в настоящее время тот, кто, пусть и вынужденно, избавился от скотины, тот в известной степени даже радуется! Потому что с 1 октября, считают риздвянкивци, «начнутся ветеринарные репрессии».
Цены по-кабминивски
Торопится люд выручить какую-то копейку за своих красных, черно-рябых или бурых кормилиц и по другой причине: люди удостоверились, что на местах «кабминовский минимум» игнорируют. Откровенно и, что главное, безнаказанно заготовители и копейки не набавили крестьянам за молоко. На городских рынках, конечно, можно продать по 2,20-2,40 за литр, однако не радуют крестьян тарифы и автоперевозчиков, плюс рыночный сбор — и от выручки те же копейки и останутся.
Директора риздвянкивского ООО Валерия Прибора также уже «достает» ценовая политики государства в АПК, точнее — ее отсутствие! Правительство действительно решило, что за тонну молока высшего сорта производитель должен получать не менее как 1250 гривен, первого — 1200, второго — 1100 (за 10-процентные сливки — даже 4080 гривен). Один мой собеседник, из так называемых «маленьких» украинцев, провел остроумную параллель: «Так это и я так могу сказать своей куме: тратишь на конфеты и игрушки для внучки полсотни? Покупай на сотню! А у нее же на финтифлюшек столько нет!». Нет и механизма задействования «доброго намерения» Кабмина. Новомиколаивский молокозавод как платил по 650 гривен за тонну молока риздвянкивского ООО, так и платит.
Аналогичная (стабильно тяжелая, если воспользоваться дипломатической терминологией медиков) ситуация сложилась и в других районах: 65-70 копеек за литр продукта. Большинство перерабатывающих предприятий, к тому же, молоко берут свежим, а вот платят за него лишь на другий-третий день — такая схема действует, в частности, в Куйбишевскому и Розивскому районах.
Не единственное приятное исключение ли в молочном бизнесе региона — мелитопольское ПП «Олком». Жители окружающих сел до сих пор вспоминают добрым словом Олега Олексенко — основателя и совладельца этого мощного перерабатывающего предприятия, депутата-нашеукраинца, который несколько лет назад ушел из жизни при весьма загадочных обстоятельствах. Его наследники поддерживают давнюю традицию почтенного отношения к производителю, что, собственно, и делает возможным высокое качество продукции. Меньше гривни «Олком» никому не платит, а хозяйства, молокогони которых дают ему 8-10 тысяч тонн продукции, получают за каждую даже по 1400 гривен. И ничего — не обанкрочивается.
Менее мощные (и в такой же мере более скупые) переработчики едва не в один голос прогнозируют: не откажется Кабмин от намерения «добить» их минимальной закупочной ценой — быть в Украине молочному кризису! Не беда, если збанкрутие несколько десятков мелких перерабатывающих предприятий. Опровергает угрозу кризиса в молочной отрасли и начальник главного управления сельского хозяйства и продовольствия Запорожской облгосадминистрации Владимир Журавлев. Оздоровление ситуации в регионе специалист связывает, в частности, с долгожданным задействованием, после реконструкции, частного Запорожского молокозавода. Увеличится мощных конкурентов — тогда и «мелкоте» придется считаться не только со своими интересами.
А пока же даже доярки знают, что Кабмин установил минимальную закупочную цену, своеобразную «границу здирництва», однако даже не отслеживает, как оно на практике. Следовательно у крестьян увеличивается не выручки, а оснований утверждать, что и новый Кабмин функционирует с совещательным голосом, а управляют, по крайней мере на сели, совсем другие структуры. Себе не на убыток, точнее на убыток не себе.